Трекинг в Монголии, 2026
- Sergey Chebotov
- 21 авг.
- 27 мин. чтения
Обновлено: 25 авг.
У меня было несколько попыток сходить в трекинг с российскими туристическими компаниями.
В 2014 году после долгого перерыва я вернулся в туризм и решил сходить в трекинг по Непалу с компанией Alpine Industry. Компания с удовольствием приняла от меня заявку, начались обсуждения маршрута и организационных вопросов. Но как только выяснилось, что мне уже исполнился 61 год, общение прекратилось.
В результате мне пришлось самому организовывать всю поездку. Я вышел на непальскую компанию, и они полностью организовали для меня трекинг. Причем индивидуальная поездка обошлась значительно дешевле, чем предложение по групповой поездке с Альпиндустрией. В дальнейшем я еще дважды ездил в Непал именно через эту компанию.
Через десять лет, в 2024 году, я решил подняться на вулкан Тятя на Кунашире. Самому не хотелось заниматься логистикой, подъездами, заброской и организацией маршрута, поэтому я обратился в компанию «КП», которая предлагала поход по Кунаширу с восхождением на Тятю.
Но ситуация практически повторилась. Сначала шла активная переписка, а после того, как ребята узнали, что мне 71 год, общение фактически прекратилось.
И снова пришлось все организовывать самостоятельно. Как оказалось, ничего особенно сложного в этом нет. Мы с моим другом Сергеем Барчуком, который тоже уже пенсионер, сходили на Тятю вдвоем, и поход прошел просто великолепно.
В этом году мы с Сергеем решили отправиться в трекинг по Монголии.
Предложений в интернете оказалось много. Маршруты выглядели очень интересными, но Монголия — это уже совсем другая логистика. Нужно добраться до границы, перейти ее, организовать транспорт уже на территории Монголии. Самостоятельно все это сделать гораздо сложнее.
Поэтому я обратился в компанию «Мир путешествий», чтобы оформить поездку через них.
Сначала с ответом была небольшая задержка. Тогда я позвонил сам и сказал:
"Не переживайте. Мы хоть и старички, но бодрые. Ходим много и по самым разным маршрутам".
После этого наше участие подтвердили.
Так эта поездка стала моим первым походом с российской группой и через российскую туристическою компанию. Вообще мне было интересно не только увидеть Монголию, но и понять, как организован такой коммерческий трекинг в России изнутри.
Нитка маршрута: Горно-Алтайск - село Ташанта - переход границы - долина реки Ойгорын-Гол - долина реки Цагаан-Гол - гора Шивет-Хайрхан - долина реки Цаган-Ус - озеро Хотон-Нуур - г. Улгий - Горно-Алтайск
Маршрут начинается из Горно-Алтайске. Начало маршрута было запланировано на утро 14 июня, поэтому прилететь нужно было заранее.
12 июня
Вечером вылетаем из Хабаровска в Новосибирск. В Новосибирске ночевка, и на следующий день — перелет в Горно-Алтайск.
В Новосибирске мы остановились в капсульном отеле, который находится примерно в 15–20 минутах ходьбы от аэропорта. По сути, это тот же хостел с кроватями в одной комнате, только каждое спальное место отделено шторкой. У каждого есть свой шкафчик, в котором можно оставить рюкзак и вещи.
Есть и общая зона, где можно попить чаю, перекусить. В общем, для одной ночевки вполне нормальный вариант.
13 июня
Переночевав в хостеле, возвращаемся в аэропорт и летим в Горно-Алтайск.
От аэропорта до автовокзала в центре города ходит рейсовый автобус 102, т.ч. на такси тратиться особого смысла не имеет.
Наш хостел «Игман» расположен в 5 минутах ходьбы от автовокзала, очень удобно, так как встреча с группой завтра в 9 утра, здесь же на автовокзале.
Хостел очень неплохой. У нас двухместная комната. Удобства в коридоре, но прямо напротив нашей комнаты, так что никаких проблем с этим мы не испытываем.
Внизу большая кухня. Кроме кухни имеется ещё большая столовая, где можно поесть. Всё очень чисто и аккуратно. В принципе, хостел нам очень понравился.
Вечером мы немного прогулялись по Горно-Алтайску. В Хабаровске в это время было достаточно прохладно, а здесь стояла настоящая жара, люди ходили в шортах, и для нас это было несколько непривычно.
Городок оказался довольно симпатичным.
Вечером перекусили в кафе и вернулись в хостел.
14 июня
В 9 утра встречаемся с группой на автовокзале. Группа довольно большая — 16 человек. Люди приехали из разных городов: крымчане, москвичи, туристы из Новосибирска и Челябинска, одна девушка из Хабаровска.
Кроме участников, с нами ехали два гида. Всего получилось 18 человек.
Мы разместились в трёх микроавтобусах по шесть человек и отправились к монгольской границе по Чуйскому тракту.
От Горно-Алтайска до границы с Монголией около 450 километров.
По версии National Geographic Россия Чуйский тракт входил в десятку самых красивых автомобильных дорог мира. Возможно, с этим можно поспорить. Например, Great Ocean Road в Австралии производит более грандиозное впечатление благодаря океанскому побережью. Но и Чуйский тракт очень красив. Вдоль дороги бегут горные реки, склоны покрыты лесом.
Удивляет — очень развитая туристическая инфраструктура. Первые полтора-два часа после выезда из Горно-Алтайска вдоль трассы тянется практически сплошная застройка: гостиницы, турбазы, гостевые дома, коттеджи.
Дальше, ближе к границе, застройка уже не такая плотная, но турбазы всё равно встречаются довольно часто, обычно в самых красивых местах. Невольно начинаешь задумываться: неужели сюда приезжает так много туристов?
По Чуйскому тракту я уже когда-то ездил — почти 50 лет назад. Тогда он оставил у меня довольно суровые воспоминания. Мне казалось, что дорога состоит из бесконечных крутых серпантинов и затяжных подъёмов, а на многих поворотах на склонах лежали перевёрнутые грузовики.
Естественно, фотографий тех лет у меня не сохранилось, но в интернете можно найти фото тех лет. Они соответствуют моим воспоминаниям, да и подписи под ними говорящие: Чуйский тракт - дорога жизни и смерти.
Та поездка в кабине советского грузовика запомнилась на все эти годы. Водитель постоянно подкачивал тормоза, крепко держался за баранку, а, лежащие на крутых поворотах на склонах, перевёрнутые машины только усиливали ощущение опасности.
Сейчас впечатления были совсем другим, дорога вообще не вызывала какого-то чувства опасности.
За эти годы дорогу несколько раз реконструировали: повороты стали более плавными, трассу расширили. Да и мы ехали в комфортном японском минивэне, и поездка совершенно не воспринималась как опасная.
Особо запомнившийся тогда самый высокий Семахинский перевал (1717 м), на который мы гудя мотором забирались по извилистому серпантину, в этот раз впечатления не произвел. Обычное туристическое место с кучей магазинчиков, кафешек, подъем на него по широкой заасфальтированной трассе, ничем не примечателен. На втором, когда-то считавшимся опасным перевале Чике-Таман (1295 м), сейчас большая площадка со всевозможными киосками с сувенирами и едой, можно подняться повыше на смотровую площадку, но уже за дополнительную плату.
Чуйский тракт Чуйский тракт Чуйский тракт
Перевал Чике-Таман (1295 м)
До границы мы ехали около восьми-девяти часов с остановками.
На ночёвку остановились в приграничном селе Ташанта. Под группу заказаны 3-х и 5-ти местные номера. Нам достался пятиместный номер, деления по полу не получилось. Но это была всего одна ночь, поэтому особых неудобств никто не испытывал.
Вечером немного прогулялись по посёлку. Обратили внимание на мечеть. Оказалось, что в приграничных с Монголией районах живёт много алтайских казахов, исповедующих ислам.
Интересно, что прямо напротив мечети строится православный храм.
А завершился день красивым закатом.
15 июня
Утром в 8 часов завтракаем и пешком доходим до погранперехода. На границе длинная очередь. Это понедельник, а пограничный переход с Монголией работает только по будням, с 9 до 17 часов. В воскресенье он закрыт, поэтому за выходные скопилось очень много машин.
Но специально нанятые компанией люди заняли очередь ещё с субботы, так что мы оказались практически в самом её начале.
В первую очередь пропускали международные автобусы — туристов из Казахстана, которые ехали в Монголию.
Российскую границу проходили долго и мучительно. Я впервые увидел, чтобы паспорт проверяли вручную с помощью лупы. Очень внимательно рассматривали фотографии, подписи, каждую страницу отдельно просвечивали ультрафиолетом. Поэтому паспортный контроль занимал довольно много времени.
Сканер для багажа не работал, пришлось выгружать все вещи из машин. Их якобы досматривали пограничники и таможенники, хотя как именно проходил этот досмотр, осталось непонятным. Вся процедура — прохождение паспортного контроля, выгрузка и последующая загрузка багажа — заняла около трёх часов.
Между российским и монгольским пограничными постами 24 километра. Из них около 20 километров — российская пограничная полоса, практически пустая. Ещё четыре километра — нейтральная территория перед монгольским постом. Здесь уже прямо вдоль дороги пасутся коровы и козы.
На монгольской стороне всё прошло гораздо быстрее и организованнее. Здесь уже работали видеокамеры с распознаванием лиц, снимали отпечатки пальцев, как и на большинстве современных границ. Багаж пропустили через сканер, и вся процедура заняла около часа-полутора.
После прохождения границы мы заехали в небольшую монгольскую столовую неподалёку от пограничного перехода. Перекусили свежими домашними бузами. Их готовили прямо при нас. Кроме буз и чебуреков здесь ничего не предлагали, но зато они оказались очень вкусным.
Здесь же нас уже ждали «буханки», на которых нам предстояло путешествовать по Монголии. Как оказалось позже, дорог здесь практически нет. Поэтому «буханка» — пожалуй, самый надёжный транспорт для подобных маршрутов.
Нас было 16 участников и два гида — всего 18 человек. Мы разместились в трёх «буханках» по шесть человек, загрузили вещи и начали свой путь по Монголии.
Наш маршрут проходил по северо-западу Монголии, в Баян-Улгийском аймаке, одном из самых малонаселённых районов страны, у границ России и Китая.
Пешая часть маршрута была проложена по территории Национального парка «Алтай-Таван-Богд», у подножия массива Таван-Богд — самой высокой части Монгольского Алтая.
Природа этого края крайне суровая и неприветливая. Здесь преобладает сухая высокогорная степь: широкие безлесные долины, невысокие округлые горы, каменистые склоны и очень низкая, местами почти выжженная растительность.
Наши водители-казахи спокойно общались с местными жителями. Оказалось, что это единственный аймак Монголии, где большинство населения составляют казахи, а не монголы.
Первый переезд по Монголии занял около шести часов с остановками. Нас несколько раз останавливали на блок постах, долго и тщательно проверяли документы.
Водители периодически останавливались покурить, у одной машины отвалилась решётка радиатора, её пришлось снимать и закреплять. У другой машины пришлось менять пробитое колесо.
Попадавшиеся по пути монгольские деревни производили довольно тяжёлое впечатление. Всё выглядело каким-то полуразрушенным, недостроенным. Если рядом строился новый дом, то вокруг него обычно стояли старые разваливающиеся постройки. В целом создавалось ощущение какой-то разрухи и неухоженности.
Туалеты напомнили мне Китай сорокалетней давности. Простые деревянные сооружения, сколоченные из подручных материалов, высотой в лучшем случае по грудь. Таких «удобств» я не видел уже лет тридцать-сорок, со времён своих первых поездок в Китай.
В одном из городков останавливаемся на заправке, но там не оказалось бензина, пока водители ездили на другую заправку бродим по пыльным улочкам.
Большинство населения в Баян-Улгийском аймаке составляют казахи-мусульмане. Это единственный аймак Монголии, где ислам является основной религией. Так что здесь встречаются не буддийские храмы, а мечети.
Со всеми этими задержками ехали долго и утомительно. К вечеру добираемся до стоянки кочевников в верховьях реки реки Ойгорын-Гол,
разбиваем лагерь рядом с юртами.
Одну из юрт арендовали под кухню и столовую, а рядом поставили палатки.
Вокруг лагеря бродили стада яков. Вечером монголы загоняли маленьких телят в отдельный загон, а матери стояли рядом и долго, протяжно мычали, словно звали своих детёнышей. Нам объяснили, что телят специально держат отдельно, чтобы они не высасывали всё молоко. Его используют для приготовления сыра, масла и других молочных продуктов.
Нам с Сергеем выдали летнюю палатку с москитными стенками. Пока светило солнце и было тепло, мы не придали этому особого значения. Но горы есть горы. высота этого места около 2800м, как только солнце село сразу резко похолодало, небо затянуло тучами, поднялся сильный ветер. Мы спросили, почему для такой высоты нам выдали не совсем подходящую палатку.
Организаторы сразу засуетились и заменили её на нормальную. И очень хорошо, что мы настояли. Ночью разыгралась настоящая непогода: поднялся очень сильный ветер, пошёл ливень, температура опустилась почти до нуля. В москитной палатке пережить такую ночь было бы совсем некомфортно.
16 июня
Ночью сильный ветер трепал тент и загонял дождь в палатку, так что немножко подмокли. С утра солнышко, ветерок, сушим вещи. Завтракаем, первый наш завтрак в юрте.
После завтрака нас на буханках подбрасывают перевалу Хара-Салагуун-Даваак. Если вчера ехали хоть и по бездорожью, но в основном по степи, так что трясло не особо сильно, то сегодня уже полное бездорожье. Местами буханки едва ползут по склонам. Здесь уже действительно другой транспорт вряд ли проедет.
На перевале между долинами Ойгорын-Гола и Цагаан-Гола на высоте 3100м находится обоо — священное место, где местные жители и путешественники останавливаются, чтобы почтить духов гор. К нему привязывают хадаки — ритуальные голубые ленты, оставляют камни и совершают обход по часовой стрелке.
На перевале встречаем несколько «буханок» с местными жителями. Видимо, это действительно особое, почитаемое ими место.
С перевала открывается вид на вершины горного массива Таван-Богдо-Ула — это монгольская часть Алтая, расположенная у границ с Россией и Китаем.
Название массива переводится как «Пять святых» и связано с его пятью главными заснеженными вершинами.
Куйтэн-Уул, высшая точка Монголии — 4374 м, «холодная вершина»;
Найрамдал — около 4180 м, «дружба»;
Бюргэд — около 4068 м, «орёл»;
Малчин — около 4050 м, «пастух» или «скотовод»;
Өлгий — около 4050 м, «родина».
Для монголов и местных казахов эти горы имеют не только природное, но и духовное значение: они считаются священными вершинами и хранителями края.
На перевале расстаёмся с машинами. Лайт-группа на машинах едет в объезд, а мы с перевала спускаемся вниз в долину реки Цагаан-Гол.
Склоны покрыты очень скудной растительностью. Все-таки начало лета, так что и эта высокогорная тундра цветет, но цветочки совсем махонькие несколько сантиметров в высоту. Зато попадаются настоящие эдельвейсы.
эдельвейс
Спуск к реке с перевала никакой сложности не представляет. Спустившись идем вниз вдоль реки. Долина реки все таже высокогорная тундра, покрытая невысокой травой, вдоль реки тянутся конские тропы. Цагаан-Гол в переводе с монгольского означает «Белая река». Она берёт начало от ледников Таван-Богда, а белёсый цвет воде придаёт мельчайшая каменная пыль, которую талая вода приносит в реку с ледника.
На реке встречается множество наледей.
Идти не сложно, но периодически приходится перебродить через небольшие притоки. Так что кроксы желательно иметь.
В принципе, это получился акклиматизационный день: ночёвка на высоте 2800, подъём до перевала на 3100 и затем спуск, к лагерю на 2400. От перевала до места ночевки шли около 5 часов.
По плану мы должны ночевать рядом со стоянкой кочевников, но подойдя к юртам
машины мы не обнаруживаем, хотя по плану они должны были приехать раньше и приготовить нам ужин.
Возникают сомнения: туда ли мы пришли. Иван и сам не уверен, для него это тоже первый трекинг в Монголии. Он обежал все окрестные юрты, сбегал в дальние стойбища на другой стороне реки. Но нигде наших машин не видно, никто про них ничего не слышал.
Погода отличная, пока Иван бегает в поисках машин мы расположились на травке. К нам тут же прибилась здоровенная чрезвычайно дружелюбная рыжая псина. Здесь во всех стойбищах есть собаки, но похоже монголы на них совсем не обращают внимание. Кормить их не кормят, ласки они не видят, все в колтунах, шерсть им тоже никто не вычесывает. Так что они с удовольствием бегают за туристами, у которых находят еду и ласку.
В конце концов Иван выясняет, что да, мы пришли именно туда, куда нужно: здесь должна быть встреча с машиной. Находится арендованная для нас юрта, мы пока заселяемся в неё. Иван раздобыл у кочевников перекус: какой-то местный сыр, лепёшки, местный чай.
В прошлом году я сильно отравился в Непале сыром из молока яков, поэтому настороженно отношусь ко всем подобным молочным продуктам. Ограничиваюсь хлебом и чаем.
К вечеру, где-то через три часа, появляется наша машина. Не совсем понятно, что там произошло. То ли обычная дорога к лагерю оказалась непроезжей, то ли водители решили куда-то заехать по своим делам.
В общем, какие-то недоработки компании. Но в конце концов всё разрешилось.
Желающие расположились на ночлег в юрте. Мы ставим рядом палатки.
У компании оказалось достаточно снаряжения, каждому выдали по палатке. Так что дальнейшие ночёвки были вполне тёплыми и комфортными.
17 июня
Сегодня по плану восхождение на вершину 3580 метров. Группа разбита на две части: горная группа, которая идёт на восхождение, и группа «лайт», которая ограничивается походом к горному озеру.
С утра отличная погода завтракаем и в 8 час. выходим на восхождение.
Вершина 3580 м выбрана для восхождений, видимо, потому что, в отличие от других вершин района, на неё можно построить вполне логичный трекинговый маршрут, который не требует специального снаряжения. Подъём проложен достаточно грамотно: набор высоты происходит постепенно и вообще не представляет особых сложностей.
Сразу за лагерем переходим реку по мосту и начинаем подъем на хребет слева от долины.
Подъем по травянистому склону особых проблем не представляет, идем траверсом с постепенным набором высоты.
Стоит отличная солнечная погода, видимость миллион на миллион и по мере подъема открываются красивые виды на горы.
трекинг в Западной Монголии
С хребта непродолжительный пологий спуск.
Дальше подъем идет по довольно крутому гребню.
Какой-то технической сложности подъем по гребню не представляет, но на подъеме встречаются три крутых взлета протяженностью метров 50 - 70. Здесь все зависит от правильно выбранного темпа движения. Если руководствоваться правилом: "В горах кто ходит медленно тот ходит хорошо", то подъем вообще никакой сложности не представляет. Мы шли немножко более быстрым темпом, так что периодически приходилось останавливаться чтобы отдышаться.
Вопрос техники движения разберу в другой статье. Здесь о самом трекинге
Перед последним крутым взлётом одна из участниц отказалась от дальнейшего подъёма. На мой взгляд, это уже ошибка гида. Она чувствовала себя достаточно хорошо и, скорее всего, смогла бы подняться на вершину, если бы был выбран подходящий для неё темп.
Небольшое снижение темпа позволило бы подняться всей группе, а тем, кто в итоге дошёл до вершины, помогло бы сохранить больше сил. Но это уже тема для отдельной статьи.
На предвершинном гребне встречаются снежники, они не очень крутые и протяженные, так что особых сложностей при их прохождении не было.
На вершину от лагеря поднялись за 7 часов. Возможно, если бы шли чуть помедленнее и поднялись за 8 часов, то и оставшийся на гребне участница смогла бы это сделать, и остальным подъем достался бы с меньшими усилиями.
Стоит ли гнаться за временем на подобных маршрутах или дать возможность всем участникам подняться и получить удовольствие? В основном это зависит от гида, но и от группы тоже. На эту тему регулярно пишу статьи в разделе.
На вершине перекусываем, фотографируемся. Погода начинает портится, налетают снежные заряды. И мы спешим на спуск.
Спускаемся по пути подъема.
К середине спуска начинается дождь, временами достаточно сильный, дует порывистый ветер. Приходится одевать дождевики.
Спустились до своего лагеря, к юртам, поужинали. Погода улучшилась, и спать ложимся уже без дождя.
18 июня
С утра отличная погода.
Сегодня по плану у нас посещение петроглифов у подножия священной горы Шивээт-Хайрхан. Этот памятник считается одним из крупнейших комплексов наскального искусства не только Монголии, но и всего Центрально-Азиатского региона. Он расположен здесь же, в верховьях долины Цагаан-Гол, где мы сейчас путешествуем, и входит в состав объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО.
С утра нас перевозят на машине через пару речушек, и дальше мы идём вниз по долине по протоптанной караванами тропе.
Ниже нашего лагеря река делает большой крюк, поэтому, чтобы не наматывать лишние километры, мы переваливаем через невысокий отрог хребта. Получается, что путь вниз начинается с небольшого подъёма.
Подъём плавный, лёгкий, обе группы — и «лайт», и горная — сегодня идут вместе, потому что особых сложностей нет.
На перевале раскинулось большое озеро. Желающие сразу идут купаться. Погода отличная, спешить некуда, поэтому отдыхаем довольно долго.
Я в походах стараюсь лишний раз не рисковать. Можно искупаться в ледяной воде, потом простыть, и из-за этого испортится всё дальнейшее путешествие. Поэтому я предпочитаю просто посидеть на берегу и полюбоваться видом.
цветы в горах цветы в горах
Дальше спускаемся в долину реки. Тропа здесь хорошо набита, видимо, по ней постоянно ходят караваны лошадей и верблюдов. На обед останавливаемся возле каменного дома со скотным двором. Похоже, это зимняя стоянка какого-то богатого монгола. Крыша покрыта металлом, висят спутниковые тарелки. Рядом аккуратно сложены большие кучи кизяка — запас топлива на зиму.
Рядом с домом сложенные из камня загоны дл скота. Здесь в основном у построек плоские крыши. Видимо, сильные ветра сдувают снег и делать скаты просто нет смысла.
Располагаемся лагерем на берегу чистейшей горной речушки. Совсем рядом несколько небольших озёр, в которых водится местный хариус. Наши водители успели наловить рыбы, так что сегодня на ужин будет уха.
Поставив палатки, идём искать петроглифы.
Комплекс Шивээт-Хайрхан - один из крупнейших комплексов петроглифов Монгольского Алтая.
Рисунки разбросаны на огромной территории — примерно 10–12 квадратных километров, и количество их исчисляется тысячами. Здесь есть изображения разных эпох — особенно много рисунков бронзового и раннего железного веков, но встречаются и более поздние, вплоть до древнетюркского времени. На камнях выбиты олени, козлы, лошади, хищники, сцены охоты и вооружённых столкновений, всадники, колесницы и повозки.
Гора Шивээт-Хайрхан у подножья которой находятся петроглифы с древности считается священной, а её название переводят как «Крепость Владыки». Наскальные рисунки здесь расположены не в одном месте, а разбросаны по большой территории, поэтому найти самые интересные скопления без точного знания местности, как оказалось, совсем непросто.
Мы долго бродим по склону горы, в сопровождении Марии, которая уже бывала здесь пару раз, но, к сожалению, нам удаётся найти только отдельные камни с рисунками.
Судя по всему, до главного участка, где находятся самые интересные композиции, мы так и не дошли. Фотографируем то, что нашли, и возвращаемся в лагерь.
петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая петроглифы Монгольского Алтая
Возвращаясь в лагерь находим камень с петроглифом прямо на дороге, видимо кто-то решил прихватить сувенир, но вовремя одумался. В Монголии за это можно получить реальный срок.
За время трекинга мы ни разу не видели ворон — их место заняли коршуны. Они постоянно вьются над лагерем, высматривая какие-нибудь остатки еды. Когда ребята чистят рыбу, коршуны пикируют совсем рядом, стараясь схватить очистки.
Местный хариус здесь вообще очень крупный, таких я раньше никогда не видел. Даже среди тех, что поймали наши ребята, были экземпляры длиной сантиметров 30, а на фотографиях водители показывали хариусов, наверное, сантиметров по 70. Я даже не представлял, что хариус может вырастать до таких размеров.
Основная проблема в путешествиях по бесконечным монгольским степям — туалет. Нужно бежать куда-то за горизонт. Поэтому в основном пользуемся командой: мальчики смотрят налево, девочки смотрят направо.
Хотя решить эту проблему очень просто. Мы передвигаемся на машинах, поэтому взять с собой туалетную палатку не составляет никакого труда. Выкопать яму и установить над ней палатку — дело нескольких минут. В Аргентине наши носильщики носили за нами подобную палатку, и устанавливали ее даже на высоте 6000 метров . А уж здесь, имея машину, это вообще не должно представлять никаких проблем.
Также никак не оборудовано место для кухни. Нам просто повезло с погодой: если бы пошёл дождь или поднялся сильный ветер, с приготовлением еды наверняка возникли бы проблемы. Нормального тента, под которым можно было бы готовить и где группа могла бы пообедать в плохую погоду, у нас с собой не было. Хотя, опять же, при наличии машин можно взять с собой не просто тент, а большую кухонную палатку, в которой можно комфортно готовить и проводить время в непогоду. Нам по дороге встречались иностранные группы, у которых такие палатки были, так что при передвижении на машинах это особой сложности не представляет. Мы написали компании свои пожелания и надеемся, что у следующих групп условия будут более комфортными.
Пока готовился ужин, Иван с девочками ещё раз сходили на разведку и обнаружили местонахождение основного парка петроглифов.
19 июня
Утром на машине подъезжаем к парку петроглифов. Здесь стоят информационные щиты, оборудован въезд, сразу понятно, что это центральная часть комплекса.
Петроглифы находятся в очень красивом месте — на скальных выходах над долиной реки. Внизу извивается река, вокруг горы, отличное место для древней художественной мастерской.
Попадаются огромные панно, разрисованные разнообразными животными: очень много лошадей, леопарды, олени, всадники с луками, даже встречаются изображения девочек в платьях и с косами. Древние художники потрудились на славу.
Видно, что петроглифы действительно древние: камни потемневшие, рисунки изменили окраску из-за окисления материалов в камне при контакте с воздухом. Понятно, что это не новодел, а реально старые изображения.
Комплекс петроглифов Шивээт-Хайрхан Комплекс петроглифов Шивээт-Хайрхан Комплекс петроглифов Шивээт-Хайрхан Комплекс петроглифов Шивээт-Хайрхан Комплекс петроглифов Шивээт-Хайрхан Комплекс петроглифов Шивээт-Хайрхан
После осмотра петроглифов, переходим речку по мостикам и поднимаемся на плато по левому (по ходу) борту долины.
Плато возвышается над долиной на 600м, поднимаемся на него серпантином по травянистому склону.
На плато очень много верховых болот, достаточно мокро. Болота не такие уж глубокие, и трекинговых ботинок вполне достаточно, чтобы идти комфортно, не испытывая особых проблем.
Но многие идут в трекинговых кроссовках, в ботинках с матерчатым верхом. Поэтому пытаемся выбирать более-менее сухие места, но на болоте это практически невозможно. Можно найти небольшой сухой пяточек, который всё равно дальше упирается в очередной мокрый участок, поэтому ребята в кроссовках, конечно, ноги подмочили.
цветы монголии цветы монголии цветы монголии
Погода неустойчивая, периодически налетают порывы дождя и ветра, мы то снимаем дождевики, то надеваем.
В конце дня спускаемся с террасы в долину реки.
В долине стоянка кочевников, но она находится на другой стороне реки, так что ищем брод там, где река разлилась пошире на несколько ручьев, становится более мелкой. Снова надеваем кроксы и бредём через речку. Разбиваем лагерь рядом с юртами.
Кстати, кроксы оказались необходимой вещью и неоднократно нам пригождались.
20 июня
Сегодня по плану нас переход через перевал высотой порядка 3100 метров. Иван очень активно уговаривает всех не идти через перевал, рассказывает, какой он сложный, какие там крутые осыпи и как это вообще невозможно пройти.
Звучало это немножко странно, поскольку с нами шёл караван, который должен был преодолевать все эти курумники и подъёмы. Но тем не менее несколько человек поддались этим уговорам, присоединились к группе «лайт» и поехали дальше на машине.
Машины и группа лайт едут в объезд, мы с ними встречаемся через два дня. Так что с утра сортируем вещи, то что нам не потребуется на следующую ночевку за перевалом отправляем на машинах. А то что понадобится отдаем погонщикам каравана.
От лагеря на перевал идёт конская тропа. Она не везде хорошо видна, поэтому мы ориентируемся на наш караван и идём вслед за ним.
В этой высокогорной монгольских тундре встречается — ольховый сланник: ольха высотой сантиметров десять, а серёжки такие же, как у «взрослой» — по 5–6 сантиметров. Забавно видеть маленький кустик, торчащий из земли, на котором висят почти в полный его рост серёжки.
Подъём на перевал идёт по тропе. Иван сначала снова ставит меня вторым в группе, но поставить человека вторым и реально задавать темп по самому слабому — это разные вещи. Он меня ставит вторым, сам идёт своим шагом, в результате между ним и мной образуется разрыв, группа это видит, начинает меня обгонять и выходит вперёд.
Для меня это было более комфортно: я шёл последним, своим темпом, но поскольку не отставал от группы, то, видимо, средний темп группы был примерно таким же, просто они шли то быстрее, то где-то притормаживали.
Особых каких-то трудностей подъём на перевал не представляет: просто трекинговый маршрут по тропе. Немного жалко было тех ребят, которые, послушав рассказы гида, остались и поехали на машине.
На перевале встречаем парочку американцев — папу с дочерью в сопровождении гидов. Я с ними переговорил: они из Бостона. Папа на вершину не поднялся, дочка поднялась. Папе 63 года, подбадриваю его: «Мне 73, так что у вас ещё есть 10 лет, чтобы подготовиться и подняться».
Спускаемся с перевала в долину и попадаем в совершенно другой мир.
Здесь, видимо, свой микроклимат: горы, как мы их обычно представляем, — с красивыми альпийскими лугами, то, чего мне так не хватало все эти дни.
Среди разнотравья альпийских цветов особенно выделяются изумительно яркие жарки — эти два перевальных дня, собственно, и стали самым запоминающимся участком всего похода, очень красивые места.
альпийские луга Монголии альпийские луга Монголии альпийские луга Монголии альпийские луга Монголии альпийские луга Монголии альпийские луга Монголии альпийские луга Монголии
Было жалко ребят, которые туда с нами не пошли: у них в этот день был восьмичасовой перегон, они практически весь день ехали на «буханках» по жутким монгольским дорогам вместо того, чтобы пройтись по этой красоте.
При правильно выбранном темпе этот перевал подходит абсолютно для всех, тем более что груз везут верблюды и лошади, а мы идём только со своими рюкзачками, водой и тёплыми вещами.
Ниже альпийских лугов появляется березовый стланник, здесь он уже вполне нормальный не 10см высотой, как по ту сторону перевала.
Спустившись в долину, попадаем в лесную зону. Здесь растут лиственницы — настоящие, мощные деревья, у некоторых стволы толщиной в два обхвата. Чувствуется, что условия здесь благодатные: тепло, достаточно солнца и воды. Это совсем не наши северные тоненькие и кривые лиственницы.
Разбиваем лагерь на берегу реки, рядом с лагерем огромная наледь, журчит ручеёк, на впадающем ручье виден водопад. Место очень красивое, и, видимо, это обычное место для ночлега, рядом с нами здесь же останавливаются и другие караваны, которые идут по этой тропе.
Готовим еду на примусе. Вдоль долины дует очень сильный ветер, из карематов делаем стеночку, и, в принципе, нормально удаётся всё сварить.
К нам опять прибился наш рыжий пёс, с которым мы познакомились ещё на предыдущей стоянке. Монголы, видимо, собак вообще не кормят: они сварили себе какую-то похлёбку, осталась куча костей, непонятно, что они с ними делают, куда девают. Но собаке ни одной кости не досталось. Поэтому ей пришлось вместе с нами питаться рожками, а мы старались её подкормить всем, что у нас есть.
На берегу реки много сухого плавника. Впервые за весь поход развели костёр и вечером посидели у огня. Красивый вид на горы, река, ледник и костер — всё это создавало атмосферу настоящего туристического лагеря. Но, к сожалению, как я уже неоднократно писал, очень не хватало наших старых туристических песен, хотя бы записанных на диктофон.
Вечером караванщики распрягают верблюдов. Мне раньше не приходилось близко сталкиваться с верблюдами. На фотографиях с Ближнего Востока они выглядят красивыми и ухоженными. У монголов это рабочий скот, к которому относятся по‑средневековому. Облезшая местами, свалявшаяся шерсть; в носу — деревянный прут, с помощью которого управляют верблюдом. Судя по всему, управляют через боль: когда караванщики снимали груз, слышался дикий плач этих животных. Было очень жалко на них смотреть.
Верблюды платили караванщикам тем же: ни в какую не хотели подчиняться. Чтобы заставить верблюда лечь, не меньше четырёх человек валили его на землю, подвязывая одну ногу.
21 июня
Погода продолжает нас баловать. С утра тепло и солнечно, мы собираем лагерь, а погонщики навьючивают груз на верблюдов и лошадей.
Сегодня у нас лёгкий переход: 13 км до стоянки монгольских кочевников. Вещи едут на верблюдах и лошадях, мы идём налегке вдоль реки.
Отличная погода, красивейшие места, красивая река, спешить совершенно некуда, можно просто идти и наслаждаться.
К 16 часам выходим к стойбищу кочевников. Рядом со стойбищем наши девочки заметили на тропе маленького козлёнка, решили, что он отбился от стада, взяли его и отнесли кочевникам. Те были этим весьма удивлены. Судя по всему, коза только что окотилась, мы её спугнули, а козлёнок остался. Один из кочевников взял его на руки и понёс обратно к матери. Но не тут‑то было: мама не слишком охотно его принимала, и мы наблюдали, как кочевник бегал за ней по полям и склонам, пытаясь вручить ей козлёнка. Нас успокоили: в конце концов она всё равно его примет. Если что, их запрут вместе в одном загоне, и мать всё равно признает детёныша. Это ещё один пример того, что не стоит вмешиваться в жизнь природы и в быт местных жителей. У каждого — свои правила и распорядок, и они лучше знают, как распоряжаться своими козлятами и детьми.
За день мы изрядно проголодались и надеялись, что наши уже на месте и приготовили ужин. Но машин в стойбище не оказалось. Мы решили, что они снова где-то задержались. Пока мы раздумывали, что нам делать, погонщики верблюдов пообщались с кочевниками и принесли, переданное по телефону, сообщение на английском языке, что район закрыт на карантин по ящуру. В сообщении указывалось, что для людей это неопасно, но наши машины не могут к нам приехать, и мы должны ждать транспорт, которому разрешено двигаться по этой территории. Когда и откуда такая машина может приехать было не понятно. Решаем пока перекусить: заварить чай и сварить оставшуюся пачку рожек.
Место открытое, дует очень сильный ветер, достаём горелку и пытаемся из карематов соорудить защитную стенку, чтобы хоть как‑то приготовить еду. Наши погонщики верблюдов показывают, как это делается в степи: они разводят костёр из кизяков, обкладывают ими чайник и кастрюлю, и никакая защитная стенка не нужна. Чем сильнее дует ветер, тем лучше он раздувает огонь из кизяков, и чайник, обложенный камнем и кизяком со всех сторон, закипает достаточно быстро. А топлива вокруг в изобилии.
Иван сходил к местным монголам, купил у них сыр и местные лепёшки, так что мы вполне сытно перекусили. Сыр, масло делают прямо здесь на стойбище, и запасы у них довольно большие. Не понятно, смогут ли они то все продать сейчас во время карантина. Для людей само существование, которых зависит от их стада, подобный карантин настоящая трагедия.
Машины не видно, начинает накрапывать дождик и мы решили ставить палатки.
Но, закон подлости никто не отменял, как только палатки поставили, подъехал бортовой УАЗик, и водитель сказал, что нужно срочно выезжать. Собираем лагерь, грузимся в УАЗик, кое-кто из ребят еще успел сбегать, купить сыр. Он здесь стоит в разы дешевле, чем в городе.
Едем уже по привычному монгольскому бездорожью: руслам рек, огромным валунам.
На блок‑посту при выезде из карантинной зоны за шлагбаумом видим наших водителей и «УАЗики», пытаемся понять, что произошло.
Водители говорят, что ждут какого‑то врача, который должен нас «освидетельствовать», но непонятно, что это за осмотр и как он должен проходить.
Я замечаю наших американских знакомых — папу с дочкой — которые тоже разбили лагерь здесь же. Подхожу к ним, расспрашиваю, что к чему. Они пришли раньше нас: мы подъехали к восьми вечера, а они сидят там с двух часов дня.
После разговора с американцами, стало понятно, что ждём санэпидем службу, которая должна продезинфицировать нас и наши вещи и выпустить из карантина. Темнеет, возникают серьёзные сомнения, что врачи сегодня вообще приедут. Немного успокаивало то, что здесь есть американцы: может, из-за одной российской группы никто бы не суетился, но всё‑таки была надежда, что ради иностранцев приедут.
После заката солнца, резко холодает. Мы с Сергеем ставим палатку, кто‑то из ребят следует нашему примеру, располагаемся в палатке. Часов в одиннадцать начинаем думать, что делать дальше, может быть уже доставать спальники и укладываться на ночь. Выглядываем из палатки и видим вдалеке на дороге огни машин.
Это действительно подъезжает санитарная служба. Мы быстро собираем свои вещи, наши водители перебегают через кордон, помогают подтаскивать баулы. Нас и наши вещи обрызгивают какой‑то дезинфицирующей жидкостью, нам дают ещё раствор, чтобы мы помазали руки и лицо. Наконец‑то усаживаемся в машины и едем догонять нашу группу.
Уже глубокой ночью приезжаем в наш лагерь на берегу озера. Ставим палатки и укладываемся спать
21 июня
Мы ночевали на озере Хотон-Нуур — одном из крупных высокогорных озёр Монгольского Алтая. Оно лежит на высоте около 2084 метров, вытянулось примерно на 22 километра и занимает площадь около 50 квадратных километров. Озеро считается одним из самых живописных озёр западной Монголии. Оно действительно очень красивое, жаль, что из-за задержки с карантином мы провели здесь мало времени. В озере много рыбы, судя по описаниям водится даже таймень и ленок. Тайменя нашим рыбакам поймать не удалось, но отменной ухой они нас накормили.
Место популярное не только у туристов, но и местных жителей, проезжает довольно много машин. По берегам видны рыбаки. Только вот как и взеде в Монголии оно никак не оборудовано. Нет туалетов, и в кустики бегают через дорогу на берег небольшого озерца.
Вчера после прохождения карантина мы приехали к озеру Хотон уже очень поздно. Поэтому утром никуда не торопились: отоспались, спокойно позавтракали и только около двенадцати часов выехали к водопаду Бага-Турген.
От озера до него не так далеко километров 40, но поскольку дорог в привычном понимании здесь практически нет, то ехали мы больше двух часов.
Водопад находится в верховьях реки Бага-Турген.
Тропа к водопаду начинается у стойбища кочевников. Есть несколько гостевых юрт, где можно перекусить или остаться на ночь. Местные казахи предлагают на прокат лошадей для поездки к водопаду верхом.
Наши молодые ребята отправились покорять местный хребет, а мы решили прогуляться к водопаду.
Тропа к водопаду идёт вдоль реки через красивый лиственничный лес.
Пейзаж чем-то напоминает Альпы: альпийские луга, лежащие на фоне заснеженный горных склонов коровы.
Водопад не слишком высокий, он состоит из двух каскадов — около 23 и 13 метров, общая высота составляет примерно 36 метров. Но место действительно красивое. Среди зеленых деревьев в верховьях реки лежат снежники, которые реки и питают.
водопад Бага-Турген водопад Бага-Турген 
водопад Бага-Турген водопад Бага-Турген
До водопада от начала тропы около шести километров. Мы не спеша дошли до водопада, погуляли вокруг и примерно через три часа вернулись к машине.
На этом активная часть трекинга заканчивается. Ребята из Челябинска Татьяна и Алексей записали трек нашего похода. Я так не умею, так что привожу здесь их запись.
Через пару часов тряски по бездорожью останавливаемся в стойбище местных кочевников у границы национального парка Алтай-Таван-Богд по которому проходил наш маршрут.
Стойбище довольно большое, есть несколько деревянных домов, магазины. И даже общественный туалет.
Одну из юрт арендуем под кают компанию.
Воды поблизости нет, ее привозят с речки. Этим занимается местная ребятня. Самому старшему из них лет 12, остальным лет 8 - 10. Они привозят воду в пластиковых бочках на китайском грузовом мотороллере очень похожем на наш "Муравей", только электрический.
На ужин заказываем у казахов бузы, чебуреки, местный хлеб. Все очень свежее и вкусное.
23 июня
Сегодня предстоит еще один долгий переезд по Монголии - 250 км до города Улгий. На границе заповедника проезжаем пропускной пункт, рядом с ним мусоросжигающая установка. Весь мусор, который вывозится из заповедника, сжигается здесь.
Не знаю, насколько это экологично, но, по крайней мере, на территории самого заповедника мусора практически нет.
Туристических групп здесь пока немного, и ходят они организованно, с гидами: мусор увозят с собой. Если нам и попадался мусор, то, как правило, оставленный самими монголами. Как-то я обратил внимание, что водители ремонтировали машину, а старые запчасти и упаковку просто бросили рядом с машиной. Мы всё это подобрали и забрали с собой.
Так что, по крайней мере сейчас, в заповеднике довольно чисто.
Недалеко от выезда из заповедника очередной контрольный пост. Грузовики прогоняют по расстеленной на земле материи. Вероятно, она пропитана дезинфицирующим раствором. Насколько это эффективно — сказать трудно, но хотя бы какие-то меры принимаются.
По мере того как удаляемся от гор деревья исчезают, мы снова едем по безжизненным высокогорным степям.
Проезжаем местную достопримечательность - деревянный мост. Он построен, наверно, еще советскими военными строителями. Сейчас рядом построен современный бетонный мост, а этот показывают туристам.
На обед останавливаемся в одном из посёлков . Очень много строящихся домов, район здесь явно более богатый район, чем тот через который мы ехали первые дни.
Обедаем в местном кафе. Общепит он и в Монголии общепит, все стоит довольно дешево, но не идет ни в какое сравнение с домашними бузами, которыми нас кормили в стойбищах.
Во дворе кафе даже имеется туалет в монгольском стиле: невысокий, по грудь, частокол с отвалившейся калиткой.
Обратил внимание на лежащий во дворе местный кирпич толщиной сантиметров пять. Такой я встречал в Китае лет 40 назад.
В сельской местности там кирпич часто делали прямо на месте: формовали из местной глины, летом сушили на солнце, а затем обжигали в небольших печах. Похожие технологии использовались и в Монголии. Причём в своё время для организации такого производства сюда приглашали китайских мастеров.
Весь день едем по высокогорному плато на высоте где-то 2400м, перед городом Улгий спуск метров на 600 по высоте в долину.
Мы приехали в город где-то часов в пять вечера, как раз в вечерний час пик. И, судя по пробкам, это уже настоящий современный город: высокие дома, много разных магазинов, фирменные сети.
Забавно видеть современные коттеджи с забором из частокола и со сложенными во дворе кучами кизяка.
Улгий — самый западный город Монголии и административный центр аймака Баян-Улгий. Он расположен в долине Улгий - Тал, примерно в 80 км от российской границы и в 130 км от границы с Китаем. Город окружен хребтами Монгольского Алтая и находится на высоте около 1700 м над уровнем моря.
В городе есть гостиницы, супермаркеты, магазины, кафе, медицинские и административные учреждения, музей и музыкально-драматический театр. Население аймака преимущественно казахское, поэтому Улгий заметно отличается от многих других монгольских городов культурой, языком, кухней и исламскими традициями.
В пяти километрах от города расположен международный аэропорт.
Для путешественников Улгий — одна из главных отправных точек маршрутов по Западной Монголии.
Заселяемся в гостиницу, она новая, лифт правда отсутствует, но номера чистые, большие, хороший душ, ванная комната, всё аккуратно, есть Wi‑Fi.
Время уже больше 7 вечера, так что быстро заселяемся, идём прогуляться по городу, надеясь успеть купить какие-нибудь сувениры. Встретивший нас местный монгол-казах пытается водить нас по магазинам, которые продают кашемир. Это обычная фишка для гидов во всех странах: водить туристов только по «своим» магазинам, где они получают комиссию. Нам это всё неинтересно. В конце концов случайно наталкиваемся на какой-то сувенирный магазинчик. Обычные сувениры, как везде: магниты, тарелочки, маленькие подарочки. Набираем сувенирчиков для подарков друзьям и знакомым.
Здесь нет никаких проблем с обменом валюты, причем разница между курсом покупки и курсом продажи незначительная. Поменяв в начале достаточно много денег на сувениры, мы их не потратили, но практически по тому же курсу смогли утром обменять их обратно.
Вечером компания организует прощальный банкет в самом крутом ресторане города под казахско - монгольскую музыку. Пили, ели, веселились и все обошлось менее 2000 руб на человека.
На следующий день выезжаем к границе. От Улгия небольшого приграничного поселка Цагааннуур около 70 км. Несмотря на небольшие размеры, поселок довольно оживленный: через него идет поток машин и грузов между Монголией и Россией.
Большую часть населения составляют казахи, в поселке есть мечеть.
Здесь есть несколько небольших гостиниц и гостевых домов, магазины, заправка и довольно много мест, где можно поесть — небольшие кафе и столовые.
Прохождение границы примерно такое же, как и когда мы ехали сюда: с монгольской стороны всё достаточно быстро. С российской стороны опять ручная проверка паспортов, ручная проверка багажа, и всё это занимает 3 – 4 часа. После прохождения границы прощаемся с нашими гидами: они остаются ждать следующую группу и выезжают назад по Чуйскому тракту. Едем уже достаточно поздно, все сувенирные магазины, которых очень много на обоих перевалах, уже закрыты, и те, кто планировал делать покупки на обратном пути, уже не смогли этого сделать.
В Горно-Алтайск возвращаемся поздно ночью и заселяемся в знакомый нам хостел «Игман». На этом наше путешествие по Западной Монголии заканчивается.
Комментарии